Начало же было положено более пяти лет тому назад – в марте 2014-го прокуратура заявила об открытии уголовного производства о хищении свыше 118 миллионов гривен, выделенных в 2010 – 2012 годах из Государственного бюджета на устройство очистных сооружений. Речь о масштабном проекте, который предусматривал строительство наземной части (насосной станции) и собственно глубоководного выпуска очищенных сточных вод в море (трубопровода протяженностью в 4 км). 

Предполагалось, что его реализация позволит значительно улучшить качество морской воды на одесских пляжах. А также – освободить мощности канала Хаджибеевский лиман – море, созданного для понижения уровня воды в лимане и для предотвращения подтопления Пересыпи, улицы Балковской и поселка Большевик.

«Государство приняло решение выделить на строительство деньги. Заказчиком была определена Одесская областная государственная администрация, которая и проводила тендер, – напоминает А. Зубрицкий. – То есть все вроде бы логично. Есть заказчик, который готов потратить 575 миллионов гривен на реализацию мегакрупного инфраструктурного проекта, есть компания, которая готова за эти деньги выполнить столь сложный гидротехнический проект». 

Юрист особо подчеркнул, что «компания-подрядчик, выигравшая тендер, ни на копейку не превысила оговоренную сумму. Кроме того, все работы выполнялись согласно графику. То есть, исполнитель со своей стороны все обязательства выполнял добросовестно».

Тем не менее, в разбирательствах вокруг объекта одним из главных стал вопрос из серии «а был ли мальчик?». Так, в 2016-м городской голова Геннадий Труханов назвал проект «граничащим с аферой», заявив, что «в море утопили трубу длиной 4,5 км, и неизвестно, находится ли она там еще». А тогдашний генеральный прокурор Юрий Луценко предположил, что трубопровода вообще нет. Это же мнение, по словам адвоката, «активно насаждало следствие, псевдоактивисты и псевдообщественники через СМИ».

Между тем найти ответ на вопрос «а есть ли труба?» можно было бы просто – проведя следственный эксперимент, считает А. Зубрицкий. Более того: защита ожидала, что следствие будет на этом настаивать – «хотя бы для того, чтобы понять: лежит ли трубопровод на дне залива или нет. А если он есть, то находится ли в рабочем состоянии?». Ходатайства о проведении такого эксперимента в итоге неоднократно подавались адвокатами, однако стороне защиты в этом неизменно отказывали.

Тем не менее, доказательства того, что трубопровод существует, обвинение получило, утверждает адвокат Р. Тарпана, причем еще в октябре 2018 года. Он рассказал, что тогда руководство областной прокуратуры, готовясь к визиту генпрокурора, приняло решение включить глубоководный выпуск, то есть, переключить сброс сточных очищенных канализационных вод с Хаджибеевского лимана в море через обустроенную трубу. 

«Было четко установлено, что трубопровод лежит на грунте Одесского залива там, где по проекту ему и положено быть, что его длина соответствует проектному заданию (4 км), а система полностью работает и перекачивает очищенные стоки», – заявил А. Зубрицкий. Он добавил, что при проверке в сточные воды специально добавлялся биокраситель, а сам процесс фиксировался на видео как водолазами, так и сверху – квадрокоптером. 

Юрист также утверждает, что следователи и прокуроры, отказавшись от проведения этих действий в «процессуальном поле» (путем следственного эксперимента), пожелали проверку «не документировать». Она прошла «максимально скрытно от общественности и, естественно, без присутствия адвокатов и подозреваемых». А результаты не были приобщены к материалам уголовного производства. 

Тем не менее, защите удалось получить указанные документы, и они «рано или поздно будут предметом обозрения в судебных заседаниях», заверил адвокат Р. Тарпана.

По материалам пресс-службы Инкор групп.