Недавно я прошлась по адресам, где в трескучие морозы 27—28 января случилась настоящая беда. Поинтересовалась, как сейчас живется людям, которые тогда обращались за помощью к журналистам.

Напомню: информация о ликвидации аварии на улицах Спиридоновской и Кузнечной появилась на официальном сайте города 31 января, а на самом деле ее устранили гораздо позже, после телевизионного сюжета. Дом в переулке Некрасова, 1 в той информации вообще не упоминался ни в числе тех, где случилась авария, ни среди тех, где авария ликвидирована. На самом деле жильцы всего дома до сих пор без тепла.

В одной из квартир в доме на улице Кузнечной, 40 на мой вопрос, как дела с подачей тепла, лаконично ответили: тепло появилось неделю назад во всем доме, и теперь все хорошо. В небольшом продуктовом магазине, находящемся в подвале этого дома, люди были более разговорчивыми.

— Это была ужасная авария, — сказала продавец Елена. — Вы не поверите: жэковские работники не спали несколько ночей. Они забегали к нам буквально на пять минут, чтобы согреться и залпом выпить чай. О жэковских работниках не пишите ничего плохого, это будет несправедливо. Они проявили неслыханное доселе трудолюбие. Надо было видеть, что они пережили на морозе.

В разговор включилась покупательница из ближайшего дома:

— Да, конечно, теперь они герои. Надо же — ликвидировали такую грандиозную аварию. Но, во-первых, им в помощь привезли работников коммунальных служб из всех районов города. Эти люди не всегда знали, что им делать, так как в нашем районе работали впервые. Во-вторых, где были раньше жэковские работники со своим трудолюбием? Почему накануне морозов не спустили воду из внутридомовых сетей? Прогноза погоды не знали? Людям причинен колоссальный материальный ущерб. Трубы лопались, как бутоны роз. В доме напротив у парня залило всю квартиру. Что ему теперь делать?

Разговорчивая покупательница оказалась человеком, знающим, что говорит. Она объяснила, что в домах с нижней разводкой теплосетей аварий не было, так как подвалы сохраняли тепло. Авария случилась на сетях с верхней разводкой, поскольку чердаки холодные.

На чердаке дома № 14 по улице Спиридоновской отогревали трубы теплоснабжения. Результат печальный — пожар уничтожил часть крыши и кухню одной из квартир. Хозяйку пострадавшей квартиры я встретила в парадном дома. На вопрос, обещают ли городские власти сделать ремонт, ответила оптимистично:

— Да, обещают. Мои заявления на контроле и в райадминистрации, и в горисполкоме. Когда это случилось, здесь было телевидение. Думаю, в ближайшее время отремонтируют.

О доме в переулке Некрасова, 1 — отдельный разговор. Нормального отопления там никогда не было, а после нынешних морозов — неизвестно, будет ли вообще. Вместе с тем в официальных сводках дом фигурирует как тот, в котором отопление успешно восстановлено. И, как ни странно, это тоже правда — в том смысле, что отопление действительно восстановлено в части дома, где находится муниципальное управление архитектуры и градостроительства. О жилой его части забыли напрочь, хотя люди там без тепла, а две квартиры затоплены.

Дом п-образной планировки — наверное, ровесник города. В шестнадцатой квартире на первом этаже проживает пенсионерка Таисия Головина. Обогревается с помощью газовой плиты. Для увеличения «мощности» обогрева на плите стоит пустой чугунный казан. Такой способ спасения от холода я наблюдала еще в нескольких квартирах, где пришлось побывать.

— Тридцать лет я живу в этой квартире и не помню в ней тепла, — сказала Таисия Головина. — Мне скоро восемьдесят лет. Радиаторы ледяные, а мне уменьшают плату за отопление на десять — пятнадцать процентов. Таким образом мне насчитали долг в размере около пяти тысяч гривен, но я не имею таких денег. И услуги на такие деньги я никогда не получала. Мой сын умер, дочь живет отдельно, а бывший муж — в другой семье. Прописаны они у меня, но никто не платит…

По словам Таисии Головиной, причину отсутствия тепла жильцам объяснили так: на чердаке сломался вентиль или какая-то заглушка. Пенсионерка не понимает, почему плату за непредоставленное тепло взимать можно, а установить этот хитрый вентиль или задвижку — нельзя?

В девятнадцатой квартире на третьем этаже люди пережили потоп. Хозяйка квартиры Лидия Пучкова показывает комнату, где на подоконнике лед. Вторая комната — не лучше. Все имущество от хлынувшей с потолка воды спасали в третьей комнате. Там и живут сейчас.

— Если во время оттепели и с этого потолка польется вода, то мы останемся нищими, — сказала хозяйка квартиры и рассказала, как все случилось.

— 29 января я позвонила в аварийную службу, так как с потолка начала капать вода. Аварийщики приехали, но когда один из них сказал: «Готовьте ведра и тряпки», — я не совсем поняла, что случилось. Оказалось, что пришел в негодность вентиль на чердаке. С потолка хлынула вода. Хорошо, что все взрослые были дома и мы успели вынести вещи. Аварийщики капризничали: дескать, в выходной день работать не обязаны. Уехали. Работы возобновили в понедельник, потом возились несколько дней, но отопление так и не восстановили.

Двери в холодные комнаты хозяева плотно завешивают одеялами и покрывалами, включают электрический обогреватель.

— Кто еще живет так, как мы? Наверное, только бродяги, — смущается Лидия Пучкова. — Стояки у нас и раньше были еле теплыми, и мы включали электрокамин, но когда он работает двадцать четыре часа в сутки, это очень трудно пережить.

Систему отопления не ремонтировали лет пятьдесят. Как только  включили тепло в управлении архитектуры и градостроительства, в квартире на первом этаже вырвало секцию из радиатора. Квартира пришла в негодность. Старушка, которая жила там раньше, умерла, а наследницы во время аварии не было в городе. Хорошо, соседи обратили внимание на потоп и помогли вскрыть квартиру.

Моя собеседница считает, что доступ к вентилю на чердаке может иметь только теплотехник. Для этого на вентиль надо установить металлический короб с замком. Казалось бы, невелика хитрость, но этого не было сделано и вентиль мог крутить любой, кому вздумается. В морозы на чердаке жили посторонние люди.

— У меня нет долгов по отоплению, я плачу аккуратно. В летнее время плачу, так сказать, за обслуживание тепловых сетей, — говорит Лидия Пучкова. — А какое же это обслуживание, если в морозы мы сидим без тепла? Кто восстановит мне мою комнату? Она пришла в негодность не по моей вине, а по причине отсутствия какого-либо обслуживания внутридомовых тепловых сетей.

В левом флигеле дома, на третьем этаже, в десятой квартире, живет семья из шести человек. Понятно, что проблема у них та же — отсутствие тепла. И если взрослые — люди привычные к невзгодам, то четырехлетнему ребенку невдомек: почему он должен играть одетым, а спать в пуховой куртке?

Вера Поцелуйко и ее дочь Ольга показывают мне новые радиаторы, которые установили недавно, пытаясь навсегда решить проблему с теплом, но не тут-то было. Еще задолго до холодов стало ясно, что не в радиаторах дело. Они, как и старые, были едва теплыми, ну а сейчас, конечно, ледяные. Дорогой ремонт
пока еще радует глаз, но учитывая, что на потолке стал скапливаться конденсат, а по углам пошла сырость, эта красота быстро поблекнет.

— Включаем электрическую «дуйку» — не помогает. Спим не только одетыми, но и с бутылками, наполненными кипятком, вместо грелки, — вздыхает Вера Поцелуйко. — Нашим соседям сказали, что ремонтировать систему начнут только в теплое время года, а почему? Система замерзла не по нашей вине, а по вине коммунальщиков. Они в выходные не хотели работать.

В коммунальной квартире номер двенадцать нет не только тепла, но и воды. Лилия Попова от центрального отопления отключилась давно, а соседке по коммуне повезло меньше: ей не разрешили это сделать.

Пожилая Майя Яковлевна, инвалид первой группы, пыталась отказаться от центрального отопления по причине того, что платить за него нечем, а тепла не было ни до морозов, ни после:

— Десять лет тепла не было, а деньги с нас брали. За что? Когда мэром был Гурвиц, он перечислил на счет малоимущих по тысяче гривен на оплату отопления, и с меня ничего не брали. Когда эти деньги на счету закончились, с меня стали требовать по сто двадцать гривен в месяц. Хотела отключиться от центрального отопления, но не разрешили. А где я буду брать такие деньги при том, что радиаторы у меня не работают?

Пособие по инвалидности у меня слишком маленькое, а трудового стажа — нет. Я ведь калека. Вначале родители меня содержали, потом муж. Я родила и вырастила двоих детей. Муж умер. Бесплатные лекарства не дают уже полгода. Говорят, что лекарства будут, но только позже, когда на них выделят средства.

Уходя из этой квартиры, я спросила Майю Яковлевну: хотела бы она, чтобы отопление восстановили? И женщина ответила утвердительно. Конечно, кто же добровольно откажется от такого достижения цивилизации?

Но вот интересная деталь. Если семье Поцелуйко посоветовали купить и установить новые радиаторы, включив их в старую систему, то Майе Яковлевне сказали вообще нечто абсурдное, на мой взгляд.

— Мне сказали, — поделилась она, — что восстановить теплоснабжение в моей квартире невозможно, так как здесь нет «обратки».

— А вы не спросили этих, с позволения сказать, «мастеров», куда, по их мнению, «обратка» подевалась? Может, проржавела? — поинтересовалась я.

— Нет, сказали, что когда систему отопления делали, в моей квартире «обратку» не сделали, — ответила пенсионерка.

Бедная женщина не знает, что система отопления без обратной трубы не может существовать по определению, как не может ездить по дороге половина автомобиля.

Вопрос не в том, зачем так шутить над пожилым человеком, который доверчив, как ребенок. Печально другое — на откуп таких хохмачей отданы жильцы всего дома. Десятилетиями деньги рекой текут не за тепло, не за комфорт, не за услуги, а за разруху и подобные хохмы. Способа вырваться из этого порочного круга людям никто пока не предложил.

Елена УДОВИЧЕНКО.