Руководитель области и партия власти «Блок Петра Порошенко – «Солидарность» сделали ставку на не очень известного в Одессе, но узнаваемого в социальной сети «Фейсбук» Сашу Боровика. За неимением одесской биографии фишкой этого кандидата стала история о том, что в городе у моря когда-то проживала его бабушка.

Такая откровенная пассивность центральной власти добавляет уверенности нынешним хозяевам Одессы. Действующий мэр, бывший «регионал» Геннадий Труханов и его карманная партия «Доверяй делам» ведут довольно агрессивную кампанию. С дистанции согласился сойти даже одиозный Сергей Кивалов, чье общее с Трухановым «региональное» прошлое могло размыть голоса, которые мэр считает своими.

В итоге конкуренцию действующему городскому голове теперь составляет лишь бывший градоначальник Одессы Эдуард Гурвиц. Оставшись без поддержки партии Виталия Кличко «УДАР», которая влилась в «котел» Блока Порошенко, Гурвиц пошел на эти выборы самовыдвиженцем.

В разговоре с «Главкомом» Эдуард Иосифович рассказал о логике Банковой на этих выборах в Одессе, дал оценку запоздалому решению Кивалова «сняться» с выборов и не исключил, что Запад не признает их результаты.

– Местные выборы вышли на финишную прямую. Уже можно делать выводы: кто с кем и за кого. Блок Порошенко выдвинул никому не известного в Одессе Сашу Боровика. Почему партия власти, куда влился и «УДАР», с которым вы длительное время сотрудничали, приняла именно такое решение? Можно же было сделать ставку на более узнаваемую персону, например, на вас?

– Главная беда этих выборов – в их искусственной политизации. Нельзя одной рукой возвращать городам часть заработанных ими средств, а другой – превращать местные выборы в отборочный партийный турнир за право выступать в высшей парламентской лиге. Это убивает саму суть реформы местного самоуправления, которое должно быть автономно от голой политики и партийных раскладов в центре. Поэтому я изначально планировал идти на выборы мэра Одессы самовыдвиженцем и не вел никаких переговоров о поддержке ни с БПП, ни с какой-либо иной партией. А это гарантия того, что и там никаких планов по моей поддержке, даже в прикидках, не было. В партиях, особенно в «партиях власти» любят послушных кандидатов. Там любят просителей, причем именно просителей за себя, но не дай Бог – за город. Странно, но именно такой подход был у власти и до второго Майдана, и до первого.

Ну а тот кандидат, на которого власть сделала ставку сегодня, полностью соответствует именно этим критериям позавчерашнего дня, хотя сам себя и называет «новым явлением» в политике.

– Согласно данным Центральной избирательной комиссии, сейчас вы беспартийный. Но длительное время вы были с Кличко и его партией «УДАР». Когда разошлись ваши пути?

– Я действительно беспартийный, но не только сейчас, а и вчера, и год назад, и пять лет назад – тоже. Я не выходил из состава «УДАРа», потому что я в него и не вступал. Я входил в состав парламентской фракции «УДАРА» – как беспартийный.

Так сложилось, что большую часть своей жизни я посвятил борьбе за права местного самоуправления – одесского, прежде всего. Больше двадцати лет я участвую в выборах мэра Одессы и всегда считал, что партийность для этого не только не нужна, а противопоказана.

Но и в Верховной Раде я провел достаточно много лет: без статуса депутата парламента бороться за права местного самоуправления было бы крайне сложно. Естественно, я входил в состав фракций тех сил, которые были мне близки по своей политической позиции. Это всегда были силы национально-демократической ориентации и на момент моего вхождения в них выступали за радикальные реформы. Потом, правда, случалось всякое, и реформаторский дух порой улетучивался, как дым. Но это тема совсем другого разговора.

– Имели ли вы беседу с Кличко?

– Поскольку из партии я не выходил, то и говорить об этом с Кличко тоже необходимости не было. А о моем намерении баллотироваться в мэры Одессы знал не только он, но и вообще все в Верховной Раде. Это не подлежало обсуждению, и ничьего мнения на сей счет я никогда не спрашивал.

– Наши источники в вашем штабе называют Боровика техническим кандидатом. Почему? Какие основания есть для таких заявлений?

– Я никого конкретно не называл техническим кандидатом. До такого уровня дискуссии я стараюсь не опускаться. Я говорил лишь о том, что такие кандидаты, к сожалению, есть и на этих выборах, и что это в целом негативное явление. Технические кандидаты – это элемент грязных технологий, изжить которые мы сможем только тогда, когда покончим с безнаказанностью манипуляторов.

Боровик по факту кандидат от власти. И уже только поэтому он не может быть техническим кандидатом. До этого, слава Богу, власть еще не дошла. Другое дело, что если бы Боровика самым скандальным образом не поддерживала власть, то он по всем основным характеристикам: узнаваемость, популярность, наличие соответствующего опыта работы и т. д. – вышел бы на средний показатель именно технических кандидатов. Это не попытка кого-то обидеть, это очевидный факт.

– Почему губернатор Саакашвили поддержал, откровенно говоря, слабого кандидата? И может ли такая позиция способствовать победе действующего городского головы Геннадия Труханова?

– Логику подбора властью послушных до полной немоты кандидатов я уже объяснял. К сожалению, выбор в пользу лично преданных «исполнителей» делают руководители не только с задатками консервативных диктаторов, но и с задатками прогрессивных реформаторов.

И в этом как будто есть некоторый резон – в условиях острого кризиса реформы требуют быстрых и решительных действий, времени на дискуссии уже нет.

Однако в сфере финансов, судопроизводства и местного самоуправления бездумные «исполнители» контрпродуктивны всегда, особенно – в период кризисов. Даже самому опытному хирургу во время самой сложной операции нужны думающие ассистенты. Они не станут спорить во время операции, но не допустят трагической ошибки сами, а возможно, смогут предупредить и ошибку хирурга. Понимание этого и отличает великих реформаторов от реформаторов посредственных.

Помогает ли все это Труханову? После его допуска к выборам и предоставления возможности действовать без оглядки на закон уже нет смысла говорить о том, чем еще помогает мэру власть.

– Как можно сегодня оценить сотрудничество губернатора-реформатора и городского головы, выходца из Партии регионов?

– У меня нет оснований говорить о каких-либо реальных совместных действиях губернатора и Труханова ради достижения одной общей цели. Я думаю, каждый преследует свою цель. Но при этом до сего дня они не вели себя ни как антагонисты, ни даже как конкуренты. Обычно так происходит, когда стороны, исповедующие разные политические и нравственные ценности, негласно объединяются против кого-то третьего, представляющего общую угрозу. Сюжет непростой, учитывая диаметрально разные позиции героев. Не хочу гадать, я просто делюсь своими соображениями. Если они имеют под собой основание – впереди нас еще ждет драматическая развязка.

– Какую позицию на этих выборах занимает руководитель областной организации «Солидарности» Алексей Гончаренко?

– По-моему мы это уже обсудили. При том подходе, который взяла на вооружение новая власть, позиция представляющих ее кандидатов, партийных функционеров, депутатов не имеет ни малейшего значения. И что самое печальное, некомфортно в этой атмосфере себя чувствуют очень немногие. Сегодня власть пестует новое поколение «винтиков» по призванию. У них есть только два эмоциональных состояния: административный восторг по отношению к хозяевам и административная ненависть к тем, кого хозяин сегодня не жалует. Причем и то, и другое – в обостренной форме припадка.

– Есть ли у вас данные закрытых соцопросов относительно возможных результатов выборов? Каким социологам лично вы доверяете?

– Я доверяю только честным социологам. Только, пожалуйста, обойдемся без уточнений, потому что честных социологов в каждом обществе ровно столько, сколько и честных политиков. Это сообщающиеся сосуды. Пока есть честные политики, востребованы и честные социологические исследования.

Расхожее мнение о том, что одни и те же социологи могут делать как честные (закрытые), так и не очень опросы, основаны на заблуждении. Работа на заказ, на потребу клиента очень быстро превращает профессионалов в наперсточников. Это, как правило, необратимый процесс. На каждых выборах мы сталкиваемся с этим позорным явлением. Вот и недавно два молодых преподавателя Одесского Национального университета, прикрываясь авторитетом этого старейшего вуза, не постеснялись провести целую пресс-конференцию ради обнародования совершенно фантастических, просто безумных данных, свидетельствующих о всенародной «поддержке» нынешней бандитской местной власти. Коллеги этих проходимцев по кафедре их критиковали, но как-то тихо и вяло. Так что своих жертв этот обман, наверное, все-таки найдет.

Социология – при разумном к ней отношении – дает дополнительные ориентиры для правильной оценки текущей ситуации. В меньшей степени – тенденций развития. Но совершают ошибку те, кто безоглядно верит данным «закрытых» опросов и видит в них прямое руководство к каким-то действиям.

– Михаил Саакашвили заявил, что Сергей Кивалов снял свою кандидатуру с выборов мэра не по собственной инициативе, а из-за реальных уголовных дел о фальсификации, которые против его группы подготовила прокуратура области. Есть ли у вас другие версии такого решения Кивалова?

– Пока про эти «реальные уголовные дела» мы знаем только из одного источника. И этот источник не то чтобы недостоверный, но ненадлежащий. О результатах работы прокуратуры политики не могут говорить ни до, ни вместо прокуратуры. Кроме того, прозвучала эта информация постфактум, уже после заявления Кивалова об оказанном на него давлении и угрозах. В результате нет ни малейшего ощущения справедливости, прозрачности и честности происходящего. Сегодня недовольны даже те, кто по идейным соображениям жаждал поражения и неприятностей для Кивалова.

– Кто, по-вашему, заинтересован в том, чтобы его снять? Правда ли, что из-за выхода Кивалова из предвыборной гонки больше всех выиграл действующий мэр, чьи шансы на победу заметно выросли?

– Фамилия Кивалова остается в избирательных бюллетенях, поэтому нет смысла рассуждать о том, кто выиграет от нереализуемого заявления о сходе с дистанции. Но сам этот инцидент я не склонен рассматривать в отрыве от всего остального, происходящего на выборах. Я столько раз участвовал в них и столько раз становился жертвой системных фальсификаций, что без особого труда узнаю почерк закулисных режиссеров, именно так всегда реагирующих на неблагоприятный для них ход кампании. И это самый неприятный вывод из всей истории.

– Вам уже удалось выяснить, кто сжег все ваши биллборды в городе? С какими еще грязными технологиями вы уже столкнулись?

– Биллборды не сжигали, их «нейтрализовали» (не все, конечно) более цивилизованными и технологичными способами: демонтировали, выводили из строя поворотные механизмы в сложных конструкциях. Ну а самым простым и эффективным способом в борьбе с моей рекламой был примитивный отказ в размещении. Под разными, но одинаково бессодержательными предлогами. А вообще мы столкнулись со всем спектром грязных технологий и административного ресурса на всех уровнях. Не хочется даже перечислять. Скандалов с регистрацией карманной партии Труханова «Доверяй делам» и его попытками любой ценой руководить действиями горизбиркома через своего ставленника и соучредителя этой же партии достаточно, чтобы понять – обещание власти об обеспечении честных выборов осталось на бумаге.

– Вам, участнику практически всех местных выборов, просто ответить на вопрос: в чем главная особенность этой кампании?

– Межпартийная драка на поверхности и бандитские разборки под ковром. Местные выборы целенаправленно политизированы. Специально под них были созданы новые партии, в предвыборной агитации эксплуатируются не местные, а общеполитические проблемы, обкатываются какие-то противоестественные союзы и коалиции. Вместо местных выборов – очередная репетиция выборов в Верховную Раду. Интересы местных громад, подготовка к тяжелейшей зиме, борьба с жульём в действующей местной власти – всё побоку. Самовыдвиженцы оказались под двойным катком: партий, за которыми стоят олигархи, и – власти, пытающейся теми же методами конкурировать с олигархами. Эту грязную драчку Европа честными выборами не признает.

– Откуда у вас такая уверенность?

– Не так часто взгляды населения и власти на что-либо совпадают на 100%. Но случается и такое… Все хотят, чтобы наши западные союзники были более принципиальны и решительны по отношению к агрессору – России. Но давайте спросим сами себя: имеем ли мы право на это рассчитывать при таком попустительском отношении новой власти к коррупции и бандитам? Нам помогают ровно настолько, насколько следует помогать попавшему в беду народу, имеющему вороватую и лояльную к бандитам власть. Мы сами можем называть себя, как угодно: и демократами, и реформаторами. Но факт в том, что так официальную Украину не воспринимает ни собственный народ, ни наши союзники.

– В Киеве, например, в связи с выборами Кличко ускорил запуск отопительного сезона, мэр открывает новые маршруты общественного транспорта, ускоренными темпами сносит киоски… Интересно, а чем занята сегодня местная власть в Одессе?

– Прошло много месяцев с тех пор, как у городской власти в результате бюджетной децентрализации появились серьезные дополнительные финансовые возможности. Но спросите у одесситов: что им это дало, что изменилось в жизни? Никаких изменений ни в качестве, ни в объеме получаемой социальной помощи не произошло. Зато с каким размахом ведет свою агитацию карманная партия Труханова «Доверяй делам»! Несколько новых, крупных заказов получили близкие к мэру строительные фирмы. Вот пока и все перемены.

Хотя готовятся и другие. На последнее перед выборами заседание исполкома выносится вопрос о продаже фруктового пассажа рынка «Привоз» и прилегающего комплекса зданий. Продаже по воровской формуле остаточной стоимости, т. е. за бесценок. Это означает, что одесский «Привоз» окончательно перестанет быть городской собственностью. Хозяевами его должны стать те, кто благодаря нынешней мэрии уже стал хозяевами Аркадии – лучшего и самого известного куска одесского побережья. Судя по спешке, боссы бандитов в мэрии уже сомневаются в исходе выборов. И пока можно всё, решили не терять время.

– Кто из бизнесменов после прихода Порошенко к власти обрел влиятельность в городе и области, а кто потерял?

– Я не слежу за этим так внимательно и придирчиво, чтобы рискнуть дать какой-то определенный ответ. Бизнес всегда будет пытаться договориться с любой властью – в этом его природа. Но власть не имеет права идти на сговор с любым бизнесом. Даже когда позарез нужны инвестиции. Год назад Труханову позволили безнаказанно сфальсифицировать результаты местных выборов как раз в канун президентских. С тех пор, как и следовало ожидать, свои бизнес-позиции за счет интересов горожан значительно усилили его хозяева и партнеры. С этим и были связаны громкие скандалы вокруг Аркадии и «Привоза».

– Появляется ли на публике бывший «регионал» Леонид Климов, у предприятий и банка которого сейчас финансовые проблемы? Кто ему покровительствует?

– Этого я не знаю. Давно не видел Леонида Климова и давно ничего не слышал о его публичной активности.

– Как обстоят дела с рынком «Седьмой километр», который связывали с Юрой Енакиевским, и обвиняли в финансировании сепаратистов?

– Все, что мне известно: рынок работает. А споры вокруг него были и будут. Туда стекается столько денежных потоков, что слухи о финансировании сепаратистов не могли не возникнуть. Насколько обоснованы – судить правоохранительным органам. О возбуждении уголовных дел в этой связи я не слышал.

– Насколько вероятна смена собственников Одесского аэропорта?

– Это непредсказуемо. Но задача любой честной местной власти – вернуть самих одесситов в число реальных собственников аэропорта.

Интервью вел Николай Мельник.