Нет, я не о ее неправедной приватизации, когда коллективу объявили, что отныне он здесь ничем не владеет и должен подчиниться воле невесть откуда взявшихся новых хозяев.

Преддверием этого кошмара, сломавшего немало судеб талантливых людей, выброшенных с киностудии за ненадобностью, и превратившего некогда знаменитое творче-ское предприятие в жалкого банкрота, вот уже больше года отдающего концы в искусственно спровоцированной коме, оказалась другая трагедия.

Пять лет назад, 15 апреля 2005 года, на Одесской киностудии были изуверски отравлены двенадцать собак. Мышьяком. Буквально на глазах тогда еще работавших здесь многочисленных киношников. Собаки умирали в страшных мучениях, бились в судорогах, грызли асфальт от жестокой, безумной, не совместимой с жизнью боли, разрывавшей их внутренности, их предсмертный вой сливался с плачем женщин и мужчин, не знавших, как спасти своих друзей. Ни молоко, ни активированный уголь, ни усилия бригады ветврачей из специализированной «скорой помощи» не помогли.
Собаки пострадали оттого, что они, «беспородные шавки», очень не понравились новоявленным вершителям судьбы Одесской киностудии — приватизаторам, зачастившим сюда из Киева накануне окончательного решения вопроса об акционировании нашего предприятия.

Кинологи предупреждали, что освободившаяся территория обязательно будет заполнена другим прайдом собак. Таковы законы в собачьем мире. Через пару лет на Одесской киностудии действительно появились новые беспородные псы, числом девять. После громкого скандала с отравлением их предшественников этих хвостатых пришельцев никто не трогал.

Людей на студии становилось все меньше. Несколько собак прибились к охране, две — к работникам разгромленного ремонтного цеха, остальные крутились вокруг Союза кинематографистов. Люди построили будки, подкармливали их, а с прошлого года постоянную спонсорскую помощь списанными продуктами стал оказывать находящийся напротив киностудии супермаркет «Сельпо». Огромное спасибо его директору.

Однако история с «прихватизацией» киностудии шла своим чередом дальше. Уволились наделавшие много бед и выполнившие свою черную миссию председатель правления ЗАО «Одесская киностудия» Александр Ткаченко и ее генеральный директор Ольга Неверко, в качестве главного хозяина обанкроченной студии замаячило имя донецкого миллионера Сергея Таруты, и на предприятии появился новый руководитель — исполняющий обязанности председателя правления Виктор Ноздрюхин-Заболотный.

Наводить порядок Виктор Дмитриевич, как и его предшественница Неверко, начал… со студийных собак. Это у них, у «прихватизаторов», уже традиция такая: как только судьбоносный для студии поворот событий или смена власти, начинают активно заниматься собачьим вопросом. Правда, ни Боже мой, Ноздрюхин-Заболотный травить собачек не стал. Человек он интеллигентный, оператор и режиссер, тоже сеял «разумное, доброе, вечное» на экранах. Он просто отдал распоряжение выкинуть собачьи миски и уничтожить будки студийных псов. В преддверии зимы, которая оказалась в этом году для Одессы страшной.

Собаки перезимовали. Погибла только одна. Но выжили они исключительно благодаря оргсекретарю Союза кинематографистов Татьяне Ивановне Гайдаенко, которая часть из них пускала погреться в коридор своего офиса и кормила всех без исключения продуктами из «Сельпо».

Кстати, пришлось Татьяне в эти морозные снежные дни взять шефство еще над несколькими несчастными собаками, объявившимися на киностудийной территории. Новые крутые охранники, нанятые Ноздрюхиным-Заболотным взамен уволенных штатных работников ВОХРа, подсказали ей, что некие «кинологи» (вот странно!) с разрешения Виктора Дмитриевича привели и привязали этих собак вдоль обрыва над морем. Привязать-то привязали, а кормили через раз. Жалея животных, охранники, которые таскали им объедки с семейного стола, попросила Татьяну Ивановну взять под опеку и этих хвостатых мучеников, среди которых оказались питбуль и ризеншнауцер, вообще не приспособленные для содержания на привязи, кавказская овчарка, пара двортерьеров. Эти отощавшие и застуженные собаки тоже стали получать из «Сельпо» ежедневную собачью пайку.

Нужно сказать, что судьбой собак Одесской киностудии озаботилось тогда даже Министерство культуры и туризма Украины. Первой стала бить тревогу известная защитница животных кинорежиссер Кира Муратова. Она просто позвонила в министерство и высказала свое беспокойство, что студийных собак в этот очередной переходный период вполне может постигнуть участь их умерщвленных пять лет назад сородичей. И министерство в лице руководителя департамента кинематографии Анны Чмиль довольно резко отреагировало, предупредив Ноздрюхина-Заболотного о личной ответственности, в соответствии со статьей 299 УК Украины «О жестоком обращении с животными»

Активно обсуждалась проблема кинособак на одном из одесских Интернет-форумов. Не знаю, читал ли и.о. председателя правления Одесской киностудии мнения одесситов по этому поводу, но за киностудию, до «прихватизации» славившуюся своим гуманизмом и человечностью не только в творчестве, но и в отношениях в коллективе, членами которого всегда считались и студийные собаки, было стыдно.
Тогда показалось, что «собачий вопрос» худо-бедно рассосался. Виктор Дмитриевич даже пообещал выделять какие-то небольшие деньги на содержание студийной стаи, содействовать в ее стерилизации и восстановить разрушенные будки. Поговорили и, как водится, забыли. А собаки остались.

И вот снова скандал, в центре которого собаки Одесской киностудии.
Трудно сказать, какими критериями руководствуется Ноздрюхин-Заболотный, подбирая команду для работы под своим чутким руководством, но то, что в ней зоозащитники отсутствуют, точно.

Новый завхоз киностудии Станислав Сергеевич Лесной, кстати, творческая личность, со специальным актерским образованием, как и его непосредственный шеф в свое время, начал наведение порядка на студийной территории с собак. Будок уже не было — выбрасывать нечего. Пришлось заняться непосредственно жучками и шариками.
И занялся ими Станислав Сергеевич, вооружившись официально принятыми два года назад «Правилами содержания животных в городе Одессе».

Спору нет, документ этот нужный, четко расписывающий права и обязанности не только хозяев, но и братьев наших меньших. И в соответствии с ним, собаки, находящиеся на территориях предприятий и организаций, должны быть зарегистрированы, привиты, поставлены на довольствие, а содержать их положено в вольерах. Кто же поспорит с такими разумными и человечными указаниями?
И завхоз не спорил. И и.о. председателя правления Ноздрюхин-Заболотный не возражал. Они просто вызвали к себе оргсекретаря Союза кинематографистов Татьяну Ивановну и объявили, что раз она кормит собак, то собаки эти принадлежат союзу. Точка! И надлежит Татьяне Ивановне немедленно обеспечить все, что предписывают «Правила содержания животных…» организациям, на территории которых собаки находятся.

И вот здесь трудно удержаться от недоумения. Когда правдами и неправдами выдирали Одесскую киностудию у государства и города, кинематографистам не оставили ничего — даже памятники архитектуры ХІХ века городского значения включили в уставный фонд новоявленного ЗАО, даже «прихватизировали» относящийся к ним особняк Сан-Донато, кстати, уже в годы независимости переданный в вечное пользование Одесскому отделению Союза кинематографистов специальным решением Кабмина Украины… Но сейчас оказалось, что кое-что обокраденным киношникам все-таки обломилось. Собаки!!! Владейте на здоровье, заботьтесь, оставленные с носом господа б/у режиссеры, операторы, художники, и незамедлительно обеспечьте содержание в соответствии с городскими правилами!
Так и приходит на ум мудрая сказка Шарля Перро о сыновьях, деливших богатое наследство отца, когда старшим достались и дом, и угодья, а младшему… кот.
И знаете, что самое удивительное? Крайней во всей этой истории оказалась добросердечная и ответственная Татьяна Ивановна, спасшая студийных собак от голодной смерти. По мнению господ Ноздрюхина-Заболотного и Лесного, именно она виновата в том, что собаки остались, а не поиздыхали на морозе с голодухи и без крыши над головой, не разбежались в поисках куска хлеба, освободив студийную территорию для воцарения очередного хозяина, к появлению которого и наводят эти господа порядок.

И пока ситуация в тупике. Невозможно убедить руководство Одесской киностудии в том, что, в соответствии с теми же «Правилами содержания животных в городе Одессе», на которые оно ссылается, собаки, находящиеся на территории предприятия, подпадают под его юрисдикцию. В дело вмешался (к сожалению, пока безрезультатно) Одесский союз защиты животных. Мэр Одессы поставлен в известность о конфликтной ситуации на киностудии. А воз и ныне там.
Безусловно, сейчас, когда вся эта неприглядная возня получила огласку, студийным собакам вряд ли может грозить физическая расправа. Даже эта публикация послужит уликой, что руководящие господа с Одесской киностудии были предупреждены об уголовной ответственности, в соответствии с совершенно определенной статьей Уголовного кодекса Украины, вздумай они завезти в неизвестном направлении или умертвить вызывающих у них негодование вкупе с отвращением жучек и шариков.
Решать проблему им рано или поздно все равно придется цивилизованным способом. И наверное, совместно с Союзом кинематографистов, коль уж он, как и беспризорные собаки, остается на студийной территории и именно в Союзе работает самый верный опекун собак Одесской киностудии. Только не надо перекладывать свои непосредственные обязанности на чужие плечи.

Работайте, Виктор Дмитриевич, руководите, явите городу и миру свое благородство и гуманизм. А то в последнее время в связи с вашим именем в прессе один безобразный негатив…

Елена МАРЦЕНЮК.