Можно с полным основанием констатировать, что впервые за восемнадцать с половиной лет независимости на многострадальный украинский кинематограф брошен озабоченный взгляд сверху, из самых высших властных структур.
Оглядываясь назад и вспоминая перестроечнные настроения, когда лозунг «до основанья, а затем…» был чуть ли не главным руководством к действию на всех направлениях жизни страны, не могу не признать, что советские (тогда еще) киношники первыми начали рубить сук, на котором дружно сидели.

Знаменитый Пятый съезд кинематографистов СССР, который многие сегодня называют съездом разрушителей, в конце восьмидесятых казался форумом реформаторов. В митинговом «долой!» испарялись остатки здравого смысла: долой государственный контроль, цензуру, художественные советы, социальный заказ, всесоюзный прокат, долой мэтров кинематографии, обласканных советской властью, долой старое заморализованное кино… Даешь свободу творчества и рыночную экономику в кинопроизводстве!

Им дали все. И оказалось, что вне системы, с устоявшимися принципами финансирования, организации производства, реализации и проката фильмов, даже контроля над их художественным качеством, то есть всего того, что семь десятилетий на родных просторах обеспечивало государство, наш кинематограф не в состоянии полноценно существовать. Угар «многокартинья» девяностых, когда в отечественное кино потоком хлынули деньги сомнительных спонсоров, отмывавших миллионы на создании «чернушного» содержания однодневок и вымученных несмешных комедий, быстро закончился. Свобода оборачивалась застоем мысли, постепенным отстранением от творчества серьезных кинорежиссеров, неокупаемостью фильмов, отсутствием финансирования, ветхостью быстро устаревающего оборудования, беззащитностью перед рейдерами всех мастей…

Осколки некогда великой кинематографии и киноиндустрии, доставшиеся независимым постсоветским странам, демонстрировали развал и безысходность. За исключением кино Белоруссии, которое авторитарный «батька» продолжал держать в крепком государственном кулаке и опекать в соответствии с нисколько не изменившимися в государстве советскими принципами.
Через некоторое время опомнились Россия и Казахстан. Президенты Ельцин и Назарбаев вернули кинематограф на службу государству мощным государственным финансированием и принятием мудрых законов, гарантирующих финансовую свободу и прибыльность за счет послабления налогового пресса не только кинопроизводству, но и меценатам, вкладывающим деньги в кино. Это были своевременные и актуальные законодательные акты, снова превращавшие национальные кинемато-графии России и Казахстана в «важнейшее из всех искусств» и возвращавшие их на службу формирования национального самосознания, воспитания патриотизма, сохранения моральных и исторических ценностей.

Не то в Украине. Временщикам, стоявшим у нас у власти, было не до воспитания нации, не до моральных и исторических приоритетов. В этом плане кинематография украинскую власть не интересовала. Недаром президент Кучма цинично заявил как-то на очередном тревожном вече украинских кинематографистов: «Бывают же страны без своего кинематографа — и ничего, нормально существуют». То есть оставьте надежду, господа творцы экранных ценностей, просуществуем и без вас. А раз так, то к чему киношникам снимать кино, к чему им производственные базы и великолепные земельные участки, на которых стоят киностудии?

Так начался откровенный, беспринципный и преступный дерибан украинских киностудий, среди которых были и полностью уничтоженные на сегодняшний день Ялтинская, «Укрнаучпоп», «Студия кинохроники», разграбленная Национальная студия имени Довженко и доведенная до полного банкротства Одесская киностудия художественных фильмов.

Государство не только не защитило интересы кинематографистов в угаре оголтелой «прихватизации», но и открестилось от них под предлогом отсутствия средств на производство фильмов. Смешно и горько: в прошлом году в государственном бюджете на нужды всей украинской кинематографии было выделено четыре миллиона триста тысяч гривень — половина стоимости средней по постановочной сложности кинокартины.

Вожделенная свобода обернулась для украинских киношников творческим и производственным коллапсом. И уже никакие обращения к власти, модели функционирования отечественного кинематографа в условиях рыночной экономики, проекты оптимальных законов о кино, призывы снизить налоговое бремя на меценатов и продюсеров, ссылки на опыт бурно развивающейся российской кинематографии никого не интересовали. Украинское кино подошло к последней своей черте.

«Последней» потому, что в условиях отсутствия производства украинские кинематографисты стали попросту исчезать с лица земли не только как представители некогда распространенной популярнейшей специальности, которая (вот нонсенс!) в независимой Украине даже не внесена в государственный реестр профессий, но и в самом прямом физическом смысле. Сколько их, кинорежиссеров, операторов, художников, звукооператоров, монтажеров, мастеров света и строительства декораций, гримеров и ассистентов всех творческих специализаций, киноинженеров, организаторов кинопроизводства, оставшись не у дел и пережив глубочайший стресс, раньше времени ушли из жизни — кто от развившихся на фоне киношных «негараздов» недугов, а кто и добровольно… Вечная им память.

Но и здравствующие наши кинемато-графисты, этакие остатки системы отечественного кинематографа, отчаянно надеющиеся все-таки еще снять свое кино, как правило, немолоды. Да что там, почти все бывшие наши кинознаменитости прочно вошли в пенсионный возраст, «осчастливленные» государством мизерной пенсией. Молодежи, призванной обеспечить преемственность и смену творческих поколений, в украинском кино практически нет. Кузница кинематографических кадров Украины Киевский институт театра, музыки и кино имени Карпенко-Карого, преодолевая хроническое безденежье в отсутствие заинтересованности государства в специалистах киношного профиля, ухитряется ежегодно выпускать в большую жизнь энное количество молодых кино- и звукорежиссеров, операторов, художников, актеров. Но все эти ребята в поисках куска хлеба либо бегут в соседнюю Россию, а то и подальше — в Германию, Польшу, Францию, Голливуд, где есть кино и возможность приложить свои силы, либо резко уходят в другие профессии, отложив свои «кинокорочки» до лучших времен.

Мне могут возразить, что, мол, хватит поминать старое и посыпать голову пеплом, положительные изменения налицо — вон какие поправки внесены в закон Украины о кино и подписаны президентом Януковичем, а спикером Литвиным в парламенте запущен проект постановления Верховной Рады «О приостановлении приватизации пакета акций, принадлежащих государству в уставном фонде закрытого акционерного общества «Одесская киностудия». И впрямь, лед тронулся, господа присяжные заседатели!

К анализу этих важных для отечественного кинематографа государственных актов мы еще вернемся.

А сейчас вот о чем. Вряд ли всплеск заботы о нуждах украинского кино вызван у властей предержащих последней чертой, перед которой топтался кинематограф Украины перед своим последним издыханием. Просто выборы очень вовремя накатили. И в сумятице избирательной кампании, когда в борьбе за жезл высшей власти в стране схлестнулись самые разные силы и партии, и страна наша в очередной раз оказалась без руля и ветрил, дельцы и «прихватизаторы» по традиции попытались использовать период безвластия для оформления на законодательном уровне последних актов отторжения у государства имущества кинематографии Украины. Именно тогда случайно всплыла информация, что тимошенковский Фонд государственного имущества срочно готовит для продажи 50+1 процент акций Одесской киностудии, находящихся в собственности государства.

И кинематографисты оказались на высоте. Прежде всего, одесские кинемато-графисты. Они шли ва-банк и откровенно использовали избирательную кампанию для привлечения к проблемам убитой Одесской киностудии и уничтожаемого украинского кинематографа кандидатов в президенты.
И вот чудо, избирательная кампания как будто сняла плевелы с очей уважаемых кандидатов. Тот же господин Литвин, в первый и во второй раз пребывая на посту председателя Верховной Рады, несмотря на многочисленные обращения кинемато-графистов, на беду украинского кино ну никак не реагировал, а тут прозрел. Те же господа Тигипко и Янукович, один будучи вице-премьер-министром, а другой — премьер-министром, даже отписки на воззвания и проекты спасения отечественной кинематографии не присылали, но в борьбе за президентское кресло вдруг всерьез озаботились именно кинематографическими проблемами. А товарищи Симоненко и Царьков так те вообще чуть ли не вылезли на баррикады, по давней пролетарской традиции призывая в бой за Одесскую киностудию, хотя восемнадцать лет как будто не знали о том, как ее разворовывают и уничтожают. Что уж говорить о действующем в то время премьер-министре Юлии Тимошенко, урезавшей до неприличия финансирование кинематографичской отрасли, враз сжатой до масштаба половины одного фильма, ставленники которой не только отобрали Одесскую киностудию у народа и государства, но и похозяйствовали так, что у бедного творческо-производственного предприятия остался один путь — продаться кому угодно за мизерные деньги! Так вот и Юлия Владимировна во время выборов стала ярой поборницей украинского кино. Таковой она остается и по сей день и даже спорит с президентом Януковичем, кто «первее» стоял у истоков нынешних обнадеживающих поправок в Законе Украины «О кинематографии».

Господи, спаси и вразуми властей предержащих, помоги киношникам! Можно только порадоваться за них, сирых, что сделали правильный ход, на который повелись пиарящиеся кандидаты в президенты. Конечно, спасителями и воинствующими благодетелями выглядеть гораздо выгоднее, чем равнодушными чинушами, покрывающими окончательный дерибан некогда самого прибыльного и важного «искусства из всех искусств».

Елена МАРЦЕНЮК.
(Окончание следует).