Каким образом «правильная» Европа приняла в эсдэки богатейших людей планеты, официальных долларовых мультимиллиардеров и крупнейших работодателей, еще предстоит выяснить.

Сейчас же важно другое. ПР больше не будет иметь ничего общего с европейской социал-демократией (если вообще когда-либо имела). На Липской снова начнутся долгие искания своего собственного, неповторимого «Я». Только не того единственного, с иконой матушки Матроны Московской и «разбойничьим» крестом на шее, а того «Я», что позволит отличать их от остальных зарегистрированных Министерством юстиции политических партий и движений.

Называть Партию регионов «социал-демократами» и вправду нелепо. Видимо, поэтому-то пропрезидентская политсила всегда так упорно избегает разговоров о присущей ей идеологии, ограничиваясь на каждых очередных выборах набором традиционных социал-популистских лозунгов партий-новичков. Ими же испещрена и абсолютно неконкретная программа «регионалов», во многом заимствованная у «Единой России» Владимира Путина. А коль обещают всевозможные социальные блага и, как во время одной из избирательных кампаний вещал Виктор Янукович, «социальное государство», значит… социалисты. Точнее, социал-демократы. Место Соцпартии на тот момент уже было занято.

Поэтому для понимания идеологического окраса ПР (т. е. ее фактической, прикладной идейной составляющей) гораздо важнее отталкиваться от повседневной практики «регионалов». Ничего социал-демократического и даже просто демократического в ней нет.

Не могут самые состоятельные люди, в парламентской фракции которых нет ни одного правозащитника или же представителя рабочего движения, в должной мере представлять интересы наемного персонала. Напротив, 2011 год для Партии регионов ознаменовался окончательным подчинением Федерации профсоюзов Украины. Основной финансовый спонсор партии и режима Януковича в целом - газовый и химический магнат Дмитрий Фирташ - поставлен во главе Федерации работодателей, причем случилось это в день насильственного разгона массовой акции «чернобыльцев» и «афганцев».

«Чернобыльцы» и «афганцы» – это вообще отдельная страница истории «социал-демократов» из Партии регионов. У этих категорий наиболее социально незащищенных слоев общества при поддержке Кабинета Министров и сформированного из бывших кладовщиков, работников ЖЭКов и слесарей Конституционного Суда отобрали пенсии. В то же время было увеличено финансирование силового блока госаппарата и личной охраны занимающего должность Президента.

Хищная забота о благосостоянии собственных частных корпораций, а также служащих им чиновников со стороны Партии регионов могла бы вписаться в общие черты политического либерализма времен Теодора Драйзера или Ричарда Райта, выдающихся литературных классиков эпохи первоначального накопления капитала. Но никакой либерализм невозможен без свободы. Без свободы предпринимательства, свободы слова и свободы собраний. В эту модель поведение Партии регионов и наиболее влиятельных ее членов тоже не вписывается.

Государство у них не то чтобы «ночной сторож», а «ночной» Джек Потрошитель, представляющий одновременно одинаковую угрозу для предприятий любой формы собственности, любого мировоззрения и образа жизни, если таковые неугодны лично главе государства и его Семье. Для ПР характерна прогрессирующая острая нетерпимость как к внутренней, так и ко внешней оппозиции. Провести собственный партийный съезд там боятся еще больше, чем выпустить из тюрьмы основных политических оппонентов. При принятии важных для партии и руководимого ею государства решений не проводится никакого обсуждения, ситуация выбора напрочь отсутствует.

За неполные два года ПР сумела восстановить в Украине де-факто однопартийную политическую систему, существовавшую здесь до 1991 года. И, как многие были уверены, раз и навсегда ушедшую в небытие.

Советский диссидент Владимир Малинкович, один из тех, кому после победы Оранжевой революции было поручено внешне облагородить плотоядный оскал «регионалов», пытался сделать из них «либералов». «Либерализм» в его понимании состоял в отрицании любой формы консерватизма как такового (религиозного, национального, языкового и пр.). Его разработки оказались по душе только группе Бориса Колесникова (он после призывов к образованию отдельного государства на Юго-Востоке Украины и последующего уголовного преследования в срочном порядке нуждался в чем-то новом и более привлекательном), да и то не полностью. Ортодоксы во главе с Януковичем и Азаровым отдавали предпочтение старому советскому стилю и отказывались от экспериментов. С появлением в должности вице-премьера не переносимого Малинковичем еще с 70-х гг. генерала СБУ Владимира Радченко ситуация решилась сама собой. Пожилому человеку быстро заткнули рот, запретили общаться с журналистами. Его публикации сейчас можно прочесть только на сайте Комитета избирателей Донбасса.

Чтобы отойти от появившегося с 2004 года у избирателей понимания Партии регионов как антигосударственной политсилы, выступающей под видом «федерации» за нарушение территориальной целостности Украины и защищающей только свои собственные удельные княжества-«регионы», решено было вступить в брак с осколками Компартии Украины и усилить контакты с Московской Патриархией. В результате на сегодняшней день мы живем в единственной стране Европы, где коммунисты не только не запрещены, но и легально находятся при власти, контролируя финансово-экономическое направление работы правительства (Гостаможслужба, Антимонопольный комитет, Госагентство по инновациям, а до этого еще и Минэкономики).

Произведенная ПР рекомуннизация как прямая противоположность постигшей большую часть Восточного полушария декоммунизации притворна. Она нужна до тех пор, пока в парламенте существует одноименная фракция коммунистов. Как только КПУ остановится перед непосильным для нее 5-процентным барьером, коммуно-православные олигархи с мандатами на осуществление полномочий власти сразу станут просто православными. Православными УПЦ МП, разумеется.

Здесь мы почти вплотную приблизились к пониманию сути партийной идеологии ПР, с каждым днем все отчетливее становящейся идеологией государственной и, как очень кому-то хотелось бы, способной стать программной основой нового выстраиваемого «регионалами» общественно-политического строя.

Развиваемая верхушкой ПР православная государственность не свойственна никому в Европе. Что-то похожее планировал обустроить в РФ новый глава РПЦ, однако, получил отпор от обеих  голов Императорского Орла, и без того еле сдерживающих воедино столь многонациональное, крупнейшее по территории государственное образование в мире и активно сопротивляющихся любой форме экстремизма (в т. ч. - религиозного). «За веру, царя и Отечество» там не то что не в моде, а вообще наказуемо уголовно по ст. 282 («разжигание»).

Отказ от принятого до этого украинского властями гражданского экуменизма в пользу одной из религиозных конфессий на фоне усиления явных признаков диктатуры и последовательного антиукраинства режима может натолкнуть на предельно однозначные выводы по поводу того, чья теперь «вера», кто стал «царем» и почему вместо слов «Украина», «украинский народ», «народ Украины» первое лицо государства отдает предпочтение «Отечеству». Видные «регионалы» то и дело предпринимают попытки видоизменить, а то и полностью упразднить государственные символы Украины, не скрывают своего неуважительного отношения к ним. Жить за счет народа Украины им при этом отнюдь не стыдно. А вот гимн не тот, и государственный флаг неправильный.

Точно так же они относятся к крымским татарам, закарпатским цыганам, евреям Одессы и другим этносам. Вспомнить только, как городской недопредседатель Одессы, прибывший с о. Сахалин Алексей Костусев учил телезрителей определять внешние (!) признаки представителей еврейской национальности, или что говорит о татарах глава Совмина Крыма, экс-министр внутренних дел Анатолий Могилев. Нечто похожее от представителей власти, в таком же объеме и по тем же темам, можно было услышать в канун первой мировой войны, когда черносотенцы пытались спасти самодержавие. 

Дмытро ДОБРЫЙ.