Сколько бы там ни произносили с высоких трибун патриотических речей, сколько бы ни давал сверхмажорных пресс-конференций президент-коммерсант Порошенко, реальность такова, какова  она есть.

Стоило появиться у нас на горизонте одному свежему человеку, не зараженному вирусом подлого конформизма, не разучившемуся еще разговаривать с окружающими на внятном, без формул умолчания и хитроумных риторических фигур языке, он (вернее, она) просто автоматически выполнил (-а) обличительную роль лакмусовой бумажки. Я имею в виду Надежду Савченко, на голову которой уже не преминули вывернуть ведро помоев, не понимая, что она внутренней убежденностью в собственной правоте, патриотизмом, тем, что следует в своих действиях  нормальной человеческой логике, защищена от любых нападок и наветов.

Надежда вызвала истерику кабинетных патриотов тем, что заявила о своей готовности говорить с лидерами самопровозглашенных ЛНР и ДНР напрямую как с нардепами этих псевдореспублик. Но немедленно поднявшие истошный вой политологи, истолковавшие ее слова по-своему, тем самым отказали ей в праве на креатив там, где она сильнее их всех, вместе взятых.

Тот факт, что она допустила возможность каких-то иных переговоров по Донбассу, помимо пресловутых Минских трехсторонних «толковищ», вызвал резко отрицательную реакцию хотя бы потому, что таким образом она поставила под сомнение президентскую тезу об этих давно не работающих соглашениях как о панацее от всех бед на востоке страны. Но, во-первых, это действительно так, о чем мы неоднократно с вами говорили. А во-вторых, Савченко полагает, что прямые контакты  между  ней и «нардепами» Захарченко с Плотницким, который, кстати, сыграл в ее судьбе зловещую роль, могут оказаться  для освобождения пленных куда более эффективными, чем телефонные звонки Порошенко Путину.

То есть она не намерена вести с ними политических переговоров от имени страны о глобальных проблемах, связанных с войной на востоке. Она собирается прежде всего говорить о десятках, если не сотнях несчастных, томящихся в подвалах на оккупированной территории, которых нужно как можно скорее вернуть домой. Остальное – вторично.

На короткой, восемнадцатиминутной, пресс-конференции, которую Савченко дала, возвратившись из  поездки по линии фронта, она четко изложила свое видение ситуации.

По ее мнению, есть три площадки, на которых может идти обсуждение судеб людей, оказавшихся в плену. Первая – на уровне глав правительств и президентов России и Украины. Вторая – на уровне Верховной Рады и руководства ЛНР и ДНР. И третья – на уровне солдат с той и другой стороны, которые тесно соприкасаются и далеко не всегда стабильно враждебны по отношению друг к другу. Второй и третий варианты – как раз для нее. Она знает, что такое заключение. И ей, как Божий день, ясно, нужно сделать все возможное, чтобы военнопленные  вернулись к своим семьям живыми. Это первое.

И второе – нужно добиться того, чтобы враждующие стороны, не российские наемники и мы, а находящиеся по разные стороны «баррикад» бойцы, часто запутавшиеся в трех соснах под воздействием разнузданной пропаганды, снова начали говорить друг с другом. Как по мне, Савченко во многом права. Что для этого нужно делать, пока не вполне ясно. В том числе и Савченко. Но она думает и смело говорит о вещах, которые у нас давно стали табу.

Почему я, начав с Одессы, сосредоточился на первых шагах Надежды Савченко в ВР? Все потому же. Она демонстрирует стиль поведения, далекий от украинской вероломной византийщины, когда сказанное чаще всего не означает того, что доносится из уст очередного витии, взобравшегося на парламентскую трибуну, и должно трактоваться с учетом множества факторов, описывающих зависимость говорящего от тех либо иных политических или клановых интересов. Именно это придает нашей политической жизни привкус откровенной проституции. Под круглым куполом ВР идет омерзительная торговля честью, совестью, достоинством, национальными ценностями, всем на свете. И это особенно характерно для старых парламентских партий.  

Вы можете сколько угодно меня убеждать, что и у новых политических проектов не все в порядке с моралью. Но, знаете, если бы сегодня не существовало в парламенте еще слабой, еще не структурированной в подлинном смысле слова, представленной малочисленной фракцией «Самопомощи», этот бесконечный спектакль с олигархическим большинством, которое  принимает – одно за другим – противоправные решения, свидетельствующие о резком упадке демократии, на все это было бы просто невозможно смотреть.

Однако одна «Самопомощь» не может противостоять насилию над правдой и здравым смыслом, осуществляемом буквально, в масштабе один к одному, по Оруэллу. Так что появление Надежды Савченко, вокруг которой, если ее не сомнут, не уничтожат в самом начале пути, обязательно объединится немалое число честных политиков, событие для «Самопомощи» знаковое. (Кстати, было бы очень интересно узнать, почему все-таки спикер подписал закон о судебной реформе до рассмотрения проекта Савченко, по сути, блокирующего этот закон?)  

Не менее важна для нашего будущего и благополучная реализация идей Саакашвили – Саквалеридзе об организации новой партии европейского типа, которая, конечно же, внесет новые мотивы в сложившуюся, заигранную партитуру парламентского оркестра…

Ну, а теперь снова – к Одессе. К деяниям ее горисполкома, в котором точно так же, как в Раде, почти невозможно услышать заглушаемые хором сепаратистов и коррупционеров голоса депутатов, далеких от подковерной возни.

С чего начать? Да хотя бы с решения марионеточного градсовета по поводу абсолютно негодной карты зонирования территории Одессы, исходя, опять-таки, из спектра вожделений немногочисленных, но смертельной хваткой вцепившихся в Одессу спекулянтов-застройщиков.

Сколько уже было сказано по поводу того, что предложенный градсоветом план зонирования не имеет права на существование! Если вернуться к фракционной работе, то именно фракция «Самопомощи» потребовала непременных общественных слушаний по этому поводу. И все же манипуляции по-киевски привели к тому, что этот никуда не годный, чреватый новым общественным противостоянием план будет предложен для утверждения на очередной сессии горсовета. И его, разумеется, утвердят, ибо кое-кому хочется кушать, причем ото дня ко дню аппетиты этого жулья возрастают.

Складывается впечатление, что за лоббируемыми Трухановым и вредными для города пропозициями стоят некие люди (может быть, все те же Ангерт, Галантерник и Ко), которые уже истерзали Одессу, но никак не могут успокоиться – им хочется отжать ее досуха. Чего ни коснись, ощущение это только усиливается.

Возьмите жалкую трухановскую плитку, себестоимость которой ничтожна, что позволяет ему придать сортирный лоск всей Одессе, что называется, от клотика до киля.

Притом фирма или фирмы, по отношению к которым Труханов – лицо аффилированное, выигрывая на сей счет тендеры и конкурсы, даже не задумываются над тем (перед ними, наверное, и задач таких не ставится), чтобы обновить инфраструктуру десятков тысяч квадратных километров территорий, отданных им для получения доходов путем вот такого весьма грубого, примитивного макияжа.

В итоге вонь из полуразрушенной канализации регулярно поднимается над освеженными аллеями и тротуарами, сводя на нет показательные потуги мэрии в сфере благоустройства.

Тут к позитиву можно отнести лишь то, что таким образом небо, которому до всего есть дело, напоминает нам о чиновниках, которым на состояние города наплевать с высокой колокольни. Что же до дерибана бюджета, имеющего место при таком тотальном мощении по явно завышенным сметам, отсылаю заинтересованных лиц к постам в «Фейсбуке» общественного активиста С. Сарафанюка, который на этом собаку съел.

А навязчивая трухановская идея о передаче из коммунальной собственности в управление частным компаниям жилья, которое по тем либо иным причинам не приобрело юридического статуса ОСМД? Вообразите себе, что станут творить с вашим домом новоявленные акулы жилищно-коммунального бизнеса, которые в одночасье получат полное право распоряжаться вашей жизнью! Вот когда вы ощутите на своих шеях смертельную хватку дикого капитализма.

Ведь очевидно, что выиграют право на управление бывшей коммунальной собственностью снова-таки трухановские парни (я имею здесь в виду трухановщину как социальное явление), у которых нет ни единого повода проявлять к вам сочувствие.

Вы узнаете о таких тарифах на любую, самую простенькую ремонтную работу, что вас начнут назойливо посещать мысли о суициде. Выход тут один – гнать в шею этого мэра и хорошенько поразмыслить над предложением специфических консалтинговых услуг от «Самопомощи». Этим плотно занимается депутат горсовета Анна Позднякова, которая с помощью команды юристов вывела из бюрократического тупика на дорогу грамотной, профессиональной самоорганизации уже очень многих наших земляков.

Кстати говоря, и здесь, как в парламенте, именно фракция «Самопомощи» должна вызвать у местных мошенников и коррупционеров самое сильное раздражение, ибо настаивает на обеспечении полной прозрачности деятельности горсовета, наличии общедоступной электронной отчетности обо всех производимых им тратах, придании строгой упорядоченности, максимальном снижении уровня энтропии во всех сферах городского хозяйства.

Первые шаги в этом направлении фракция сделала совсем недавно. Депутат горсовета Александр Борняков с коллегами вознамерились, в частности, не просто нормализовать драматическую ситуацию с одесскими МАФАми, но прекратить показную борьбу с незаконной их установкой, часто сводящуюся к банальным криминальным взаиморасчетам, а установить строжайшие условия существования этих мобильных лавок – от карты расположения по разным районам города до предельной численности и точных размеров.

В связи с этим вряд ли воспылал к «Самопомощи» пылкой любовью местный ростовщик по фамилии Коган, который, пользуясь связями в горадминистрации, милиции и повсюду, прибрал к рукам сотни МАФов, с которых получает ежемесячную дань, да столько понатыкал будок по улицам, что некоторые из них, например, ул. Королева возле «Южного» рынка, приобрели вид «7-го километра».

Ох, как не хватает Одессе своей Надежды Савченко. Как хочется, чтобы здесь, наконец, заговорили не на уродливом языке недомолвок и общих мест, который дает господину Труханову возможность затеять возню вокруг никуда не годных местных ливневок, на самом же деле имея в виду уничтожение Французского бульвара, который он желает во что бы то ни стало отремонтировать в своем стиле, не мытьем, так катаньем.

Кто же будет возражать, размышляет самозванец с Думской площади, против того, что нужно прочистить колодцы, по которым дождевая вода должна уходить в разгар ливней с Французского бульвара? Но дай ему волю, позволь только где-нибудь на бульваре копнуть лопатой, срубить хоть один из новых саженцев, как – по шаблону Аркадии – бульвар скроется в облаках строительной пыли и выплывет из них забитой автопробками магистралью, отороченной безликими высотками.

То же самое творится и на побережье, где уже не о возможности или недопустимости строительства в природоохранной зоне идет речь, а о том, куда будут деваться дерьмо, моча и помои из громадных домов, выстроенных на 13-й Б. Фонтана чуть ли не у самого уреза воды. Когда кто-нибудь из отчаявшихся добиться справедливости одесситов-общественников начинает, размахивая давно устаревшими ГОСТами, требовать, чтобы ему показали, есть ли между нахальной новостройкой и прибоем положенные сто метров, умники из ГАСКа тут же, защищая вандалов-строителей, велят владельцам пляжей намыть здесь достаточную для восстановления статус-кво полосу песка. И побоку все соображения, связанные с деликатнейшей и сложнейшей проблемой намыва, которая сплошь и рядом оказывается почти неразрешимой.

Но как быть одесситам, если Труханов с его возмутительной шайкой из горсовета не может понять единственного, что еще может как-то спасти положение – аренду песка следует раз и навсегда запретить. Таким образом исчезнет бесследно всех раздражающее и абсолютно противозаконное явление под названием «платные пляжи». Песок – общее достояние. Все же, что располагается там, за ограничивающей его полосу дорогой или парапетом, или подпорной стенкой, вполне можно арендовать – хоть каждый метр, сохраняя при этом (условие, обязательное к исполнению) свободные проходы, ведущие к морю.

А помните ли вы, сколько ребят еще недавно торговали с кофемобилей по всему парку им. Шевченко? Их передвижные кофейни собирали множество народа. Во-первых, вкусно. Во-вторых, дешево. В-третьих, вежливо. Кто сказал пахану из горисполкома, что это его дело, что он может впустить этих ребят на территорию парка, а может и погнать их взашей? Никому неведомо. Хотя известно, что если они что-то там нарушают по финансовой линии, этим должны заниматься налоговики. Ежели что-то не в порядке с техникой (информация о взрывоопасности кофе-машин, как вы понимаете, инструмент конкуренции и не более) – пусть эту опцию проанализируют инженеры. И все. Точка.

Не надо превращать не стоящие выеденного яйца предостережения со стороны анонимных лиц в неодолимое препятствие. Видимо, кто-то кому-то чего-то не заплатил, и вся недолга. А мы потеряли весьма привлекательный сервис. Погодите, не успеем опомниться, как начнут какие-нибудь старые друзья Труханова торговать дрянным кофе где-нибудь возле Пороховой башни, площадка которой просто просит разбить на ней торговую точку…

Нет, друзья, мне кажется, пришла самая пора вслед за Савченко все, что нас донимает, не дает дышать свободно, существовать нормально, назвать своими именами. Одессу – ареной клановых олигархических притязаний. Труханова – злостным фальсификатором выборов, экс-«регионалом», сепаратистом, подозрительным мужчиной с двойным гражданством. Его заботу о городе – форменным рэкетом. Нас – жертвами рейдерского наезда бесстыдных и наглых сволочей, которые хотели бы отжать у нас не только заводы, дома, порты, дороги, всю среду нашего обитания, но и самое жизнь. Если согласны, дадим им бой! Антитрухановский майдан – не последний форпост нашей с вами свободы.
 

Валерий Барановский.