Фото Олега Владимирского

На сцене – двое, Он и Она. Ведут бесконечный спор: черепаха и улитка – это одно животное или разные? А вокруг – война. Слышны взрывы, то и дело на лестнице слышны шаги. Это солдаты уводят куда-то соседей героев пьесы.

«Говорю тебе: разницы нет. Вот и вся истина... Улитка и черепаха — это одно и то же. У черепахи есть панцирь?.. У улитки есть раковина?.. Разве улитка и черепаха не прячутся в свой домик?.. Разве черепаха, как и улитка, не медлительна? Разве она не покрыта слизью? Разве у нее не короткое туловище? Разве это не маленькая рептилия?.. Вот я и доказала. Разве не говорят «со скоростью черепахи» и «со скоростью улитки»? Разве улитка, то есть черепаха, не ползает?..», – с апломбом утверждает Она. 

Об это категоричное умозаключение разбиваются все его попытки доказать ее неправоту. «Ты несешь чепуху, вот я и возражаю. Истина – это моя страсть», – заявляет он.

Спор перетекает в оскорбления, взаимные обвинения, раздаются пощечины, а зритель думает: и есть из-за чего копья ломать. Действительно, бред какой-то. И при чем здесь улитка и черепаха? Случайность?

Но мы-то знаем, в театре случайности не бывает. Особенно если драматург – основоположник театра абсурда Эжен Ионеско. У него все имеет смысл, пусть и не очевидный, все говорится – происходит для чего-то. И вдруг приходит осознание: а ведь улитка и черепаха – это и есть герои пьесы. Они прячутся от реальности за такими бессмысленными спорами, как улитка в свой домик, как черепаха в свой панцирь.

А взрывы звучат все чаще, вот уже в окно влетает неразорвавшаяся гранта, затем – осколки бомбы, за ними – совсем уже немыслимые метательные снаряды: осколки чашек, чубуки от трубок, головы кукол… Очередной осколок пробивает отверстие в стене. Постепенно рушится потолок, стены квартиры… А Он и Она сидят под кроватью и то перебирают в памяти сцены из детства, то рассуждают, что было бы, если… 

Если бы они не встретились, Она не ушла бы от мужа и сейчас смотрела бы, как растут ее дети. Правда, детей у нее нет, но могли бы быть. Или жила бы в роскошном замке, или стала бы кинозвездой. А он… Он бы стал известным художником. Или путешественником. Или скульптором. Или стал бы техником. 

И надо бы выйти купить продукты, поискать работу или как-то изменить свою жизнь, но… На улице – война. А это – «прекрасный способ ничего не решать»: «То ураган, то забастовка на железной дороге, потом грипп, потом война. А когда нет войны, все равно война. Ах! Все так просто. А кто знает, что нас ждет? Догадаться нетрудно», – рассуждает Она.

А кто воюет? И с кем? Они не знают, их это не касается. А когда война заканчивается, понимают только, что победили те, кто не проиграл. И радостные крики победителей, рыдания побежденных, флаги, фейерверки, бравурные марши и прочее всенародное гуляние – это тоже не для них. Их так просто из панциря не выманишь.

И надо хотя бы крышу над головой починить, но… «Мастера теперь не найдешь, они все на празднике. Они развлекаются, а у нас нет крыши над головой. То они не могли выполнять свои обязанности из-за войны, теперь из-за мира, а результат один. И в том, и в другом случае их никогда нет там, где нужно». 

И они баррикадируют двери шкафами, дыру в стене – кроватью, а разбитое окно – матрасом. 

И зритель понимает всю бессмысленность и тщетность этих действий: ведь дом остался практически без стен и без крыши. И еще понимает, что все это – о нас, сегодняшних, латающих рушащееся здание своей жизни, когда надо было бы строить новое. 

Актеры читают-играют пьесу на летней сцене ТЮЗа, во внутреннем дворе, где крыши и стен нет как таковых. И это усиливает впечатление дома без стен и потолка.

«Бредят вдвоем». Она – очаровательная блондинка (конечно, блондинка, а кто же еще?) Тереза Заурбекова и органичный в любой своей роли характерный Алексей Межевикин. Впрочем, на сцене есть еще и третий актер. Вернее, актриса – Надежда Марченко, одетая в мужской костюм. Персонаж без пола читает текст от автора, но и активно взаимодействует с главными персонажами. 

Они то апеллируют к ней как к третейскому судье в своих спорах (ответа не дожидаются, но, по сути, им и не нужны ответы, не интересно чужое мнение), то спорят, отказываясь выполнять ее – и авторские – указания. Что поделать, у хорошего писателя герои живут своей жизнью. Она же играет роль других, второстепенных персонажей – то соседей героев, то солдата, забредающего в их квартиру в поисках какой-то Жанетты…

В роли режиссера попробовала себя актриса театра Алена Нагаева.  

Инна Кац.